Цена победы (заключительный пост)

Автор темы #1
A

Awia69

Guest
Этим постом я заканчиваю данную серию.

Цена победы

За последние пятнадцать лет мы узнали о войне больше, чем за все предыдущее послевоенное время. Раскрываются архивы, сняты запреты на изучение конкретных операций — например, катастроф под Киевом в 1941-м, под Харьковом в 1942-м, тяжелых боев зимы 1943—1944 годов, о Берлинской операции 1945-го года. Мы уже больше знаем о заградотрядах, СМЕРШЕ, штрафных батальонах. Выясняется, что, публично громя один — “немецких разбойников”, другой — “кровожадных большевиков”, Сталин и Гитлер в кругу “своих” отзывались друг о друге весьма уважительно.
Несмотря на то, что с окончания Великой Отечественной войны прошло много лет, но на пути к правде о войне еще немало препятствий. Много неизученного, еще больше искаженного. Кто-то лично заинтересован в том, чтобы мифы жили как можно дольше. Другим просто тяжело расставаться с привычными стереотипами. Но рано или поздно история все расставит по своим местам…

«Даешь Берлин!»
Наступление на Берлин началось 16 апреля 1945 года. Тремя днями раньше советские войска, сражавшиеся на южном фланге фронта и незадолго перед тем отразившие последнее немецкое контрнаступление в Венгрии, вступили в Вену.

В штурме германской столицы, план которого был утвержден 1 апреля на совещании у Сталина, участвовали командующие армий трех фронтов: 1-го Белорусского, который под командованием Г.К.Жукова занимал центральный участок полосы наступления, 2-го Белорусского под командованием К.К.Рокоссовского, наступавшего севернее, и 1-го Украинского, которым командовал И.С.Конев. Их подстегивала необходимость одним ударом отсечь узел последних политических комбинаций, затевавшихся немцами.

Наступление началось еще до того, как армии Рокоссовского, только что завершившие бои в Померании, успели произвести группировку и подготовиться к операции. Вначале Сталин хотел доверить взятие Берлина одному Жукову, но некоторые военачальники возражали, что танковые армии Конева при благоприятных обстоятельствах тоже повернут на север и нанесут удар по Берлину с южного и юго-западного направлений.

Для Жукова это означало официальное признание его главенства среди выдающихся советских полководцев. Битва, однако, мало что добавила к его военной славе. Но, по его собственному признанию, это была “одна из труднейших операций Второй мировой войны”. Под Берлином агонизирующая германская армия сопротивлялась с безоглядным упорством. С конца января, когда советские войска вышли на Одер, у немцев было время укрепить подступы к городу.

Жуков начал штурм глубокой ночью, при свете прожекторов. Но эффект неожиданности был относительным. За Одером его дивизии натолкнулись на мощные укрепления Зееловских высот, прикрывавших столицу; преодолеть это препятствие им удалось лишь на третий день ценой огромных потерь.

Руководство операцией Жуковым впоследствии стало предметом суровой критики некоторых прославленных генералов, бывших тогда у него в подчинении. Вероятно, в стремлении поскорее добиться победы, он действительно допустил чрезмерное скопление танковых и стрелковых дивизий в узкой полосе наступления, из-за чего войска, мешая друг другу, двигались медленнее, чем могли бы.

Более успешным было наступление Конева, которому не приходилось штурмовать в лоб. Преодолев реку Нейсе, его фронт смог прорвать линию вражеской обороны и ввести в прорыв танковые армии генерала Рыбалко и Лелюшенко, которые в свою очередь получили приказ Сталина наступать на Берлин. 20—21 апреля войска Конева и Жукова почти одновременно достигли окраин германской столицы.

Из оперативной сводки Совинформбюро за 30 апреля 1945 года: “Войска 1-го Белорусского фронта, продолжая вести уличные бои в центре Берлина, овладели… Войска 1-го Украинского фронта продолжали вести уличные бои в юго-западной части Берлина и заняли ряд кварталов…”. Кажется все в порядке, Берлин взят в плотное кольцо, даже у военных специалистов, не говоря уже о гражданских людях, не вызывало сомнения: все идет по плану.

Между тем два видных маршала, заранее отбросив планы, устроили “социалистическое соревнование” — кто первым возьмет Берлин.

С началом Берлинской операции 1-й Белорусский фронт помчался вперед, опережая “график”. При этом неизбежно неся огромные потери — оставляя горы трупов у Зееловских высот.

Не отставал и 1-й Украинский фронт, уже 18 апреля сходу форсировавший реку Шпрее. А еще через день, 20 апреля, маршал Конев издает приказ командующим 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями: “Войска маршала Жукова в 10 км от восточной окраины Берлина. Приказываю ночью ворваться в Берлин первыми. Исполнение донести”.

В этот же день, 20 апреля, маршал Жуков издает свой приказ — тоже танкистам: командующему 2-й гвардейской танковой армией: “Пошлите от каждого корпуса по одной лучшей бригаде в Берлин и поставьте им задачи: не позднее 4 часов утра 21 апреля любой ценой прорваться на окраину Берлина и немедля донести для доклада тов. Сталину”.

Цену социалистического соревнования в мирное время мы знаем — не докрученные гайки и болты. В военное время — людские жертвы. Массовые.

В Берлине, чтобы, видимо, угодить обоим маршалам, провели разграничительную линию между войсками фронтов прямо по центру города: досюда наступать, а дальше нет. Но танкисты Конева ворвались в тыл танкистам Жукова. Неразбериха, новые жертвы.

К чести Конева, он опомнился первым и предложил Жукову принимать совместные меры. Жуков вместо ответа дал телеграмму Сталину: официально — доклад, по существу — что-то среднее между жалобой и доносом: “Наступление частей Конева по тылам 8 гв. А и 1 гв. ТА создавало путаницу и перемещение частей, что крайне осложнило управление боем. Дальнейшее их продвижение в этом направлении может привести к еще большему перемешиванию и к затруднению в управлении”.

Танкисты Рыбалко вынуждены были повернуть от центра на запад. Центр же Берлина достался теперь Жукову. И главное — рейхстаг.

Другие масштабы — другие чины
Брали Берлин — соревновались командующие армиями, брали рейхстаг — соревновались комдивы. С двух сторон к стенам рейхстага подошли две дивизии 1-го Белорусского фронта — 150-я стрелковая под командованием генерал-майора В.М.Шатилова и 171-я стрелковая под командованием полковника А.И.Негоды. В каждой дивизии — по своему Знамени Победы из девяти (по количеству дивизий).

30 апреля около трех дня полковник Зинченко (из дивизии Шатилова) сообщил комбату Неустроеву о том, что есть секретный приказ маршала Жукова, в котором объявляется благодарность войскам, водрузившим Знамя Победы. Оба растерялись: рейхстаг не взят, знамя не водружено, а благодарность уже объявлена… Чтобы достичь рейхстага, надо было преодолеть Королевскую площадь, покрытую завалами, баррикадами, надолбами. Площадь пересекал канал, за которым — траншеи, дзоты, зенитки, поставленные на прямую наводку. Под прицелом каждый метр площади. Из замурованных окон самого рейхстага торчали пулеметные стволы.

Когда появился приказ Жукова, наши солдаты еще только сделали первую попытку выбраться на площадь и тут же залегли, не поднимая головы, прижатые шквальным огнем. Самое потрясающее то, что в секретном приказе маршала, кроме глубокой благодарности войскам своего фронта, описывались и подробности взятия рейхстага: “Противник в районе рейхстага оказывал ожесточенное сопротивление нашим наступающим войскам, превратив каждое здание, лестницу, комнату, подвал в опорные пункты и очаги обороны. Бои внутри главного здания рейхстага переходили в неоднократные рукопашные схватки. Войска 3-й ударной армии сломили сопротивление врага, заняли главное здание рейхстага и сегодня, 30.04.45 г. в 14.25 подняли на нем наш советский флаг”.

Совинформбюро пошло на еще большие “приписки”, сообщив 30 апреля, что “сегодня в четырнадцать часов советские бойцы овладели зданием немецкого рейхстага и водрузили на нем Знамя Победы”.

Прижатые огнем к земле, солдаты продолжали лежать на площади. Командир дивизии потребовал от полковника Зинченко: “Если нет наших людей в рейхстаге и не установлено там знамя, то примите все меры любой ценой водрузить флаг или флажок хотя бы на колонне парадного подъезда. Любой ценой!”

Стало ясно: комдив Шатилов, боясь, как бы другой комдив — Негода — не доложил раньше его о взятии рейхстага, отрапортовал о водружении знамени Победы над рейхстагом командиру 79-го стрелкового корпуса генерал-майору Переверткину, тот — командующему 3-й ударной армией генерал-полковнику Кузнецову, а тот — Жукову.

Опять — любой ценой
Ни о каком Знамени Победы речь, конечно, идти не могла. Одиночки-добровольцы, самые отчаянные, разорвав немецкие перины из красного тика, ринулись с этими флажками к рейхстагу, чтобы установить их где угодно — на колонне, на фасаде, на углу здания, в окне. Как делается во всех войсках — сначала овладевают, потом водружают. Тут все наоборот. Отчаянные одиночки-добровольцы погибли. Все.

Батальон Неустроева пошел на решительный штурм. Только с четвертой попытки бойцы ворвались в рейхстаг…

Сколько же человек погибло во время штурма рейхстага, считая и тех многих флагоносцев вначале, потом — четыре штурма, и, наконец, кровопролитные бои, весь день, в самом рейхстаге, когда гитлеровцы 1 мая вырвались из подвалов и почти смяли батальон Неустроева? Сколько? Официальной статистики потерь в боях за рейхстаг не существует. Неофициальная — 63 человека. Ну что ж, это ведь только первая цифра, такая же цинично низкая, как первая цифра общих потерь в войне при Сталине — семь миллионов.

Печальная статистика
Берлинская операция оказалась одной из самых кровопролитных, жертвенных за всю войну. Общее число потерь, убитые и раненые — 352.475 человек. Из них: безвозвратные потери, то есть убитые — 78.291 человек; “санитарные потери” — раненые, контуженные, обожженные и т.д. — 274.184 человека. Сколько из них выжили или скончались, стали инвалидами — неизвестно. К этим цифрам надо добавить и потери за Берлин двух польских армий: безвозвратные — 2.825 и “санитарные” — 6.067 человек.

Горько и обидно. Четыре года войны остались уже позади, и Берлин был обречен, войска союзников не собирались его штурмовать, он в любом случае был бы наш.

Совершенно цинично — округление потерь. А ведь во все десятилетия мы их округляли до миллиона! При Сталине было 7 миллионов погибших, потом — 20 миллионов, теперь 27 миллионов. Последнюю цифру назвали совсем недавно. Между тем, если точнее, общие потери в войне составляют 27.600.000 человек. Тоже округлили, но уже до сотен тысяч.

По результатам подсчетов Генерального штаба Вооруженных Сил России, за годы Великой Отечественной войны общие безвозвратные потери (убито, пропало без вести, попало в плен, умерло от ран, болезней, в результате несчастных случаев) Советских Вооруженных Сил вместе с пограничными и внутренними войсками составили 11 млн. 444 тыс. человек. При этом армия и флот потеряли 11 млн. 285 тыс. человек, внутренние войска — 97 тыс. 700 человек, пограничные войска и органы госбезопасности — 61 тыс. 400 человек.

При структурном подсчете выяснилась и еще одна деталь: из общего числа учтенных в ходе войны безвозвратных потерь следует исключить 1 млн. 836 тыс. вернувшихся из плена, а также 939,7 тысячи человек, значившихся вначале войны пропавшими без вести и объявившимися на освобожденной от оккупации территории позднее. С учетом этого уточнения общие потери Вооруженных Сил СССР составили 9 млн. 168 тыс. 400 человек.

Сюда входят и те, кто погиб, перейдя на сторону захватчиков: изменили Родине и служили в немецкой армии, в жандармерии, в полиции, в войсках СС и других карательных органах около 800.000 советских военнослужащих. Из них в самых элитных карательных войсках СС — 140.000 советских солдат и офицеров.

Одна из самых драматичных историй военных лет—судьба советских военнопленных. Согласно итоговой сводке германского командования, всего за годы войны в плен попали 5 миллионов 754 тысячи советских солдат и офицеров, в том числе в 1941 году—3 миллиона 335 тысяч, а в 1945—34 тысячи.

Большинство пленных в 1941 году погибло от репрессий, голода, болезней (к весне 1944 г. в лагерях оставалось лишь 1,1 миллиона человек.

Остальные потери — свыше 17 млн. — пришлись на гражданское население оккупированных и прифронтовых территории. Из них около 8 миллионов погибло от голода, бомбежек, артобстрелов, тяжелых условий жизни, непосильного труда. Еще более 2 млн. погибло на принудительных работах в Германии.

Число преднамеренно уничтоженных в результате гитлеровской политики геноцида (расстрелянных, погибших в гетто, тюрьмах, концлагерях) составило более 7 миллионов человек. Таким образом, прямые и косвенные потери населения СССР в годы Великой Отечественной войны, исходя из имеющихся данных, можно оценить в 48—50 миллионов человек — вот истинная цена Великой Победы.

Сколько погибло тех, кто не должен был погибнуть? Этими подсчетами не занимается никто, и этого мы никогда не узнаем.

Кроме обычного просчета, головотяпства или самодурства командиров, русского “авось”, было и чисто советские, социалистические причины неоправданных массовых жертв — как прежде жили, так и воевали. Киев освобождали к “обеденному столу”: к очередной годовщине революции. Да, уложились, освободили 6 ноября 1943 года. Но какой ценой! Тысячи моряков погибли в черноморских десантах, из которых особой трагической славой известны Евпаторийский и Феодосийский…

Можно понять просчеты в начале войны, когда мы еще не научились побеждать умением и Отечество стояло на массовой народной жертвенности, массовом гибельном героизме. Но теперь-то, в конце войны, когда впереди был только Берлин и рейхстаг!

…В той страшной войне союзники отказались от штурма столицы Германии: генерал О.Брэдли высчитал, что штурм Берлина будет стоить англо-американским солдатам 100.000 жизней. На такие жертвы они пойти не могли.

Разумеется, отказываться от комфортных исторических штампов далеко не просто. Слишком много замешано личных судеб, воспоминаний, боли утрат. На многом лежит неизгладимая печать сакральности: миллионы насмерть стояли за отчий дом, за родных, за Родину; истерзанная земля, невиданные разрушения, более 27 миллионов погибших…

Любые негативные интерпретации этих событий — даже вполне аргументированные — могут задеть и задевают сугубо личное, память индивидуальную.

Размышления о цене Победы ни в коей мере не умаляет подвига советского народа, а наоборот возвышает мужество и героизм наших людей в самой кровопролитной в истории человечества войне.

Сегодня мы не можем, не должны и просто не имеем права оставаться в плену обыденного сознания, незаинтересованного в поиске исторической правды.

1945 год в цвете

Конечно, хочется сразу начать с кадров Великой Победы, но до неё в 1945-м надо было ещё дойти. Осенью 1944-го многим казалось, что гитлеровская Германия находится на последнем издыхании, но у неё вдруг открылось "второй дыхание"...
В декабре 1944-го немцы нанесли мощнейший контрудар в бельгийских Арденнах и англо-американским союзникам пришлось уносить ноги. Прийти в себя им удалось лишь в январе 1945-го, когда по просьбе Лондона и Вашингтона Красная армия досрочно перешла в генеральное наступление на Восточном фронте.

В западной историографии эти события получили непривычное нам название "Битва на выступе" (Battle of the Bulge).


Советские войска в январе 45-го заняли большую часть Восточной Пруссии и окружили Кёнигсберг, но сходу взять этот город-крепость не смогли. Немцы хорошо укрепились и готовились к длительной обороне:


4–11 февраля 1945 состоялась Ялтинская (Крымская) конференция союзных держав, вторая по счёту многосторонняя встреча лидеров трех стран антигитлеровской коалиции — СССР, США и Великобритании — во время Второй мировой войны.


На ней лидеры Большой Тройки решали судьбы послевоенного мира, который получит название "ялтинского".


Пока союзные войска шли навстречу друг другу, англо-американская авиация продолжала безостановочно бомбить жилые кварталы немецких городов. Практически все они были превращены руины.
Нюрнберг:


Кёльн:


Первоочередной целью союзнической авиации было уничтожение именно городских исторических центров со всеми их культурными ценностями. Новым районам доставалось значительно меньше.

Относительно целый Новый город Дрездена:


Германская военная промышленность приспособилась к бомбардировкам: наиболее важные заводы были спрятаны глубоко под землю. Вплоть до апреля 1945-го на одном из таких подземных заводов продолжалось производство баллистических ракет Фау-2:


Как это не парадоксально, но на момент поражения Германии она обладала самой передовой военной техникой в мире. Помимо баллистических ракет на вооружении было более 1000 реактивных самолётов.

Техники осматривают Трофейный немецкий реактивный истребитель Мессершмитт Ме-262V7:


Даже американцы не могли похвастаться таким wunderwaffe, зато они в огромных количествах строили дальние бомбардировщики, включая гигантские B-29.

Во время торжественной церемонии, посвящённой выпуску 1 000-го бомбардировщика В-29, построенного на заводе Боинг в Уичито; 17-е февраля 1945-го:


11 апреля при подходе американских войск вспыхнуло восстание в Бухенвальде. Взору подоспевших союзников предстала картина неописуемого ужаса.


29 апреля 1945-го были освобождён Дахау:


17 апреля 1945-го состоялась историческая встреча союзников на Эльбе. Это событие было также запечатлено на цветную плёнку.


В начале мая союзники встретились также в Австрии.


Советские офицеры у танка Т-34-85 салютуют параду 9-й бронетанковой дивизии армии США в районе Линца:


25 апреля начался штурм Берлина Красной Армией, который завершился капитуляцией берлинского гарнизона 2 мая 1945-го.

После многомесячных бомбардировок и ожесточенного штурма бывшая столица рейха представляла собой сплошные руины:


Освобождение Европы от нацизма завершалось.
5 мая вдруг выяснилось, что в Дании тоже есть движение Сопротивления, потому что местные патриоты наконец решили поднять восстание против немецких оккупантов:


7 мая 1945 г. генерал-полковник Альфред Йодль подписал в Реймсе акт о капитуляции германских вооруженных сил:


Однако, по требованию Сталина, 8 мая в пригороде Берлина Карлсхорст состоялась церемония вторичного подписания капитуляции (по московскому времени это было уже 9 мая).

Сталин заявил:
«Договор, подписанный в Реймсе, нельзя отменить, но его нельзя и признать. Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический акт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия, — в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции».

24 июня 1945 г. в Москве состоялся парад Победы:


9 июля 1945-го состоялся совместный военный парад союзников в Берлине:


Жуков и Монтгомери в Берлине, июль 1945-го:


С 17 июля по 2 августа 1945 в Потсдаме во дворце Цецилиенхоф состоялась Потсдамская конференция с участием руководства трёх крупнейших держав антигитлеровской коалиции во Второй мировой войне с целью определить дальнейшие шаги по послевоенному устройству Европы.

Встреча в Потсдаме стала последней для лидеров Большой тройки Сталина, Трумэна и Черчилля (которого 28 июля сменил К. Эттли).


Прямо во время саммита благодарные избиратели отправили в отставку одного из лидеров антигитлеровской коалиции - Уинстона Черчилля.

На этом мартовском снимке 1945-го он ещё в своём премьерском кабинете:


Также в ходе Потсдамской конференции Трумэн сообщил Сталину об успешном испытании американцами нового оружия особо разрушительной силы.

"Trinity", первое в мире испытание технологии ядерного оружия, произошедшее 16 июля 1945 года в штате Нью-Мексико, на полигоне Аламогордо:


Вскоре американцы впервые в мире применят ядерное оружие - против мирных жителей Хиросимы и Нагасаки.

Самолёт, который сбросил 6 августа 1945-го атомную бомбу на Хиросиму, носил название "Enola Gay":


Так выглядел город Хиросима после ядерного взрыва:


2 сентября 1945 г. на борту американского линкора "Миссури" в токийской бухте представители императорской Японии подписали акт о капитуляции:


Вторая мировая война была окончена. Но не везде наступил прочный мир. Совсем скоро вспыхнут гражданские и антиколониальные войны в Греции, Индокитае, Индонезии.

В Китае капитуляция японцев разморозила 20-летню гражданскую войну. Загнанная в 1937-м в глухие горные районы Красная армия Китайской Советской Республики ждала своего часа для реванша.

Мао Цзедун и Линь Бяо в Особом районе Яньани, 1945 год:


В бухте Нью-Йорка в сентябре 45-го встречали первые корабли с демобилизованными войсками:


Фермерши угощают возвращающихся с фронта военнослужащих на станции North Platte в штате Небраска, 1945 г.:


20 ноября 1945 г.в Нюрнберге открылся Международнй военный трибунал для суда над главными нацисткими преступниками:

Немецкие мемуары: что стало причиной поражения вермахта в войне

Каждую весну, когда приближается День Победы, телевидение начинает показывать художественные фильмы, посвященные Великой Отечественной войне. Положа руку на сердце: большинство из них просто спекулируют на великой теме. Нужно впарить рыгающему перед телевизором обывателю с бутылкой пива в руке, что-то «интересненькое», приятное для его глазенок, осовевших от мирного житья.
Вот и появляются сериалы, вроде «Истребителей», главная интрига которых — кто залезет под юбку летчице: «плохой» замполит или «хороший» сын репрессированного дореволюционного аристократа с томиком Гете на немецком под мышкой в исполнении актера Дюжева? Не воевавшие и даже не служившие рассказывают другим не воевавшим, что война — это очень интересно и эротично. Даже, мол, есть время русскому солдату Гете почитать. Скажу откровенно, меня воротит от подобных фильмов. Они безнравственны и лживы.


Лживы, как американский «Перл-Харбор». Ибо сделаны по тому же клише — война и девушки. И ничего подобные фильмы не добавляют к ответу на вопрос: почему все-таки наши деды тогда победили? Ведь немцы были так организованны, так хорошо вооружены и обладали таким прекрасным командованием, что любому «реалисту» оставалось только сдаться. Как сдались Чехословакия (без боя!), Польша (почти без боев), Франция (легко и приятно — как парижская проститутка «сдается» клиенту), а также Бельгия, Дания, Норвегия, Югославия, Греция...

А вот на Востоке не заладилось — пошло все наперекосяк и кончилось почему-то не в Москве, а в Берлине. Где и началось.

Думается мне, что несколько прояснить этот вопрос помогут мемуары самого разрекламированного в мире «спецназовца» и «супердиверсанта» — оберштурмбанфюрера СС Отто Скорцени. Того самого — освободителя Муссолини и похитителя Хорти, охотника на Тито, а заодно человека, понюхавшего пороха именно в наступательной кампании 1941 года в России. В составе дивизии СС «Райх», входившей в танковую группу Гудериана.

Чистка 1937-го укрепила Красную армию
Отто Скорцени наступал через Брест и Ельню, участвовал в окружении войск Юго-Западного фронта на Украине, любовался в бинокль на далекие купола Москвы. Но так в нее и не попал. И всю жизнь отставного оберштурмбанфюрера мучил вопрос: почему все-таки не взяли они Москву? Ведь хотели. И готовились. И собой были молодцы: с чувством глубокого удовлетворения описывает Скорцени, как совершал он 12-километровый марш-бросок с полной выкладкой и стрелял почти без промаха. А жизнь пришлось закончить в далекой Испании — в эмиграции, бегая от послевоенного немецкого правосудия, травившего его с немецким же педантизмом «денацификацией», как травит домохозяйка таракана. Обидно же!

Мемуары Скорцени в Украине не переводили никогда. В России — только с купюрами. В основном те эпизоды, где речь идет о спецоперациях. Русский вариант мемуаров начинается с момента, когда Скорцени после своих подмосковных приключений попадает в госпиталь. Но в оригинале ему предшествуют еще 150 страниц. О том, как на Москву шли и почему, по мнению автора, все-таки потерпели конфуз.

Одной из причин поражения немцев, как считает ветеран СС, был скрытый саботаж среди германского генералитета: «В святилище старой прусской системы — Генеральном штабе сухопутных войск — небольшая группа генералов все еще колебалась между традициями и нововведением, кое-кто с сожалением расставался с привилегиями… Таким людям, как Бек и его приемник Гальдер… тяжело было повиноваться человеку, которого некоторые называли «чешским капралом». Скорцени очень много отводит внимания заговору военных и считает, что в виде тайного противодействия фюреру он существовал задолго до 1944 года.

В пример Гитлеру автор мемуаров ставит Сталина и 1937 год: «Гигантская чистка среди военных, проведенная после таких же массовых расстрелов среди политиков, ввела в заблуждение не только Гейдриха и Шелленберга. Наша политическая разведка была убеждена, что мы добились решающего успеха, такого же мнения придерживался и Гитлер. Однако Красная Армия, вопреки всеобщему мнению, была не ослаблена, а укреплена… Посты репрессированных командиров армий, корпусов, дивизий, бригад, полков и батальонов заняли молодые офицеры — идейные коммунисты.

И вывод: «После тотальной, ужасной чистки 1937 года появилась новая, политическая русская армия, способная перенести самые жестокие сражения. Русские генералы выполняли приказы, а не занимались заговорами и предательством, как это часто случалось у нас на самых высоких постах».

С этим нельзя не согласиться. В отличие от Гитлера, Сталин создал систему, полностью подчиняющуюся ему. Поэтому осенью 1941-го, когда немцы стояли под Москвой, в Красной Армии и не было заговора генералов. А в Вермахте через три года был. Хотя до Берлина на тот момент было куда дальше. Невозможно представить, чтобы Сталина взрывал кто-то из «своих» в Кремле, как это попытался сделать в Вольфшанце с обожаемым фюрером полковник Штауффенберг.

Абвер не сообщал ничего важного
«На войне, — пишет Отто Скорцени, — существует ещие один малоизвестный, но зачастую решающий аспект — тайный. Я говорю о событиях, происходящих вдали от полей сражений, но имеющих очень большое влияние на ход войны — они влекли за собой огромные потери техники, лишения и смерть сотен тысяч европейских солдат… Больше, чем какая-либо другая, Вторая мировая была войной интриг».

Скорцени прямо подозревает руководителя немецкой военной разведки адмирала Канариса в тайной работе на англичан. Именно Канарис убедил Гитлера летом 1940 года, что высадка в Британии невозможна: «7 июля он выслал Кейтелю секретный рапорт, в котором сообщал, что высаживающихся в Англии немцев ожидают 2 дивизии первой линии обороны и 19 дивизий резерва. Англичане на тот момент имели только одну готовую к бою единицу – 3-ю дивизию генерала Монтгомери. Генерал вспоминает об этом в своих мемуарах… С самого начала войны и в решающих моментах Канарис действовал как самый грозный противник Германии».



Если бы Гитлер тогда знал о дезинформации, которую подсовывает ему его же начальник разведки, Британия была бы разгромлена. А летом 1941-го Гитлер вел бы войну не на два фронта, а только на один — Восточный. Согласитесь, шансы взять Москву в этом случае у него были бы значительно выше. «Я разговаривал с Канарисом три или четыре раза, — вспоминает Скорцени, — и он не произвел на меня впечатление человека тактичного или исключительно умного, как некоторые о нем пишут. Он никогда не говорил прямо, был хитрым и непонятным, а это не одно и то же». И как бы там ни было: «Абвер никогда не сообщал ОКВ ничего действительно важного и существенного».

"Мы не знали"
Это одна из самых часто встречающихся жалоб великого диверсанта: «Мы не знали, что русские в войне с Финляндией использовали не лучших солдат и устаревшую технику. Мы не отдавали себе отчета в том, что их с трудом завоеванная победа над храброй финской армией была только блефом. Речь идет о сокрытии огромной силы, способной атаковать и обороняться, о которой Канарис, руководитель разведки Вермахта, должен был хоть что-то знать».

Как и всех, Скорцени поразили «великолепные Т-34». Немцам тоже приходилось бросаться на эти танки с бутылками, наполненными бензином. В фильмах такой эпизод характерен для изображения героизма советского солдата, вынужденного сражаться почти голыми руками.



А ведь в реальности бывало и наоборот. Причем, регулярно: «Немецкие противотанковые орудия, легко поражавшие танки типа Т-26 и БТ, были бессильны против новых Т-34, которые внезапно появлялись из несжатой пшеницы и ржи. Тогда нашим солдатам приходилось атаковать их с помощью «коктейлей Молотова» — обыкновенных бутылок с бензином с зажженным запальным шнуром вместо пробки. Если бутылка попадала на стальную пластину, защищавшую двигатель, танк загорался… «Фауст-патроны» появились значительно позже, поэтому вначале кампании некоторые русские танки сдерживала огнем прямой наводкой только наша тяжелая артиллерия».

Иными словами, вся противотанковая артиллерия Рейха оказалась бесполезной против нового русского танка. Сдержать его можно было только тяжелыми пушками. Но не меньшее впечатление на мемуариста произвели саперные части Красной Армии и их оснащение — оно позволяло соорудить 60-метровый мост, делающий возможным переправу машин до 60 тонн весом! Такой техникой Вермахт не обладал.

Технический разнобой
Весь расчет немецкой наступательной доктрины базировался на высокой подвижности моторизованных частей. Но моторы требуют запчастей и постоянного обслуживания. А с этим в германской армии не было порядка. Мешала разнотипность автомобилей в одном подразделении. «В 1941 году, — на собственном опыте службы в дивизии «Райх» сетует Скорцени, — каждая немецкая автомобильная фирма продолжала производить различные модели своей марки так же, как и перед войной. Большое количество моделей не позволяло создать соответствующего запаса запчастей. В моторизованных дивизиях было, примерно, 2 тысячи транспортных средств иногда 50 различных типов и моделей, хотя достаточно было бы 10—18-ти. Кроме того, наш артполк располагал более 200 грузовиками, представленными 15 моделями. Под дождем, в грязи или на морозе даже самый лучший специалист не мог обеспечить качественный ремонт».

А вот и результат. Как раз под Москвой: «2 декабря мы продолжали двигаться вперед и смогли занять Николаев, расположенный в 15 км от Москвы — во время ясной солнечной погоды я видел в бинокль купола московских церквей. Наши батареи обстреливали предместья столицы, однако у нас уже не было орудийных тягачей». Если орудия еще есть, а тягачи «все вышли», значит, немецкую «супертехнику» пришлось оставить по дороге из-за поломок. А на руках тяжелые пушки не потащишь.

К Москве немецкая армия подошла абсолютно выдохшейся: «19 октября начались проливные дожди, и группа армий «Центр» на три дня завязла в грязи… Картина была ужасная: на сотни километров растянулась колонна техники, где в три ряда стояли тысячи машин, увязшие в грязи иногда по капот. Не хватало бензина и боеприпасов.

Обеспечение, в среднем 200 тонн на дивизию, доставлялось по воздуху. Были потеряны три бесценные недели и огромное количество материальных средств… Ценой тяжелого труда и каторжных усилий нам удалось проложить 15 километров дороги из кругляка… Мы мечтали, чтобы побыстрее похолодало».

Но когда с 6 на 7 ноября ударили морозы, и дивизии, в которой служил Скорцени, доставили боеприпасы, топливо, немного продовольствия и сигарет, оказалось, что нет зимнего масла для двигателей и оружия — двигатели заводились проблематично. Вместо зимнего обмундирования в войска попадали комплекты песочного цвета, предназначенные для Африканского корпуса, и техника, окрашенная в такие же светлые тона.

Между тем, морозы поднимались до 20 и даже 30 градусов. С искренним изумлением бравый эсэсовец описывает зимнюю экипировку советских солдат — полушубки и меховые сапоги: «Неприятный сюрприз — под Бородино нам впервые пришлось сражаться с сибиряками. Это рослые, превосходные солдаты, отлично вооруженные; они одеты в широкие меховые тулупы и шапки, на ногах — меховые сапоги». Только от пленных русских немцы узнали, что обувь зимой должна быть немного просторной, чтобы не мерзла нога: «Тщательно изучив снаряжение мужественных сибиряков, взятых в плен под Бородино, мы узнали, что, например, если нет валенок, то кожаные сапоги не надо подковывать и, главное, они должны быть свободными, не жать ступни. Это было известно всем лыжникам, но не нашим специалистам вещевой службы. Практически все мы носили меховые сапоги, снятые с убитых русских солдат».

Отличная русская разведка
Чуть ли не главной причиной поражения германской армии Скорцени считает великолепную русскую разведку. «Красная капелла» — шпионская сеть в Европе, чаще всего из убежденных антинацистов — позволяла советскому Генштабу иметь информацию о стратегических намерениях немцев. Вспоминает он и о суперагенте Рихарде Зорге, благодаря информации которого о том, что Япония не вступит в войну, под Москвой появились 40 дивизий, переброшенных с Дальнего Востока.

«Стратегия войны у Рейха была лучше, — считает Скорцени, — наши генералы обладали более сильным воображением. Однако, начиная с рядового солдата и до командира роты, русские были равны нам — мужественные, находчивые, одаренные маскировщики. Они ожесточенно сопротивлялись и всегда были готовы пожертвовать своей жизнью… Русские офицеры, от командира дивизии и ниже, были моложе и решительнее наших. С 9 октября по 5 декабря дивизия «Райх», 10-я танковая дивизия и другие части 16-го танкового корпуса потеряли 40 процентов штатного состава. Через шесть дней, когда наши позиции были атакованы вновь прибывшими сибирскими дивизиями, наши потери превысили 75 процентов».

Вот вам и ответ на вопрос, почему немцы не взяли Москву? Их просто выбили. Сам Скорцени больше не воевал на фронте. Как человек неглупый он понял, что шансы уцелеть в этой мясорубке минимальны, и воспользовался возможностью перейти на службу в диверсионное подразделение СС. Но на передовую его больше не тянуло — воровать диктаторов куда приятнее и безопаснее, чем сталкиваться лицом к лицу с сибиряками в валенках, воюющими при поддержке Т-34 и лучшей в мире разведки.

Великая Победа в фотографиях

Все дальше уходит от нас 9 мая 1945 года, но мы по-прежнему помним, какой ценой достался нашим отцам и дедам тот день и каждый год отмечаем этот прекрасный и трагичный праздник вместе с ветеранами.
На фотографиях запечатлены последние мгновения войны, счастливые минуты и радостные лица солдат.

Советские солдаты в вагоне берлинского трамвая



Мария Тимофеевна Шальнева, ефрейтор 87-го отдельного дорожно-эксплуатационного батальона, регулирует движение военной техники недалеко от рейхстага в Берлине. 2 мая 1945



Советские солдаты с гармонью на одной из улиц Берлина



Советский солдат в апартаментах Геббельса в бункере Гитлера под Рейхсканцелярией



Советский солдат-минометчик Сергей Иванович Платов оставляет свой автограф на колонне Рейхстага



Британский солдат оставляет свой автограф среди автографов советских солдат внутри Рейхстага



Лидия Русланова исполняет «Катюшу» на фоне разрушенного Рейхстага. Май 1945



Возвращение с фронта летчика, дважды Героя Советского Союза Николая Михайловича Скоморохова (1920—1994). Совершил 605 боевых вылетов, провёл более 130 воздушных боёв, сбил 46 самолетов противника лично и 8 — в группе, 7-й результат в списке советских асов-истребителей. Сам Скоморохов за всю войну ни разу не был ранен, ни разу не был сбит.



Фотография советского солдата, водружающего 2 мая 1945 над взятым Рейхстагом красное знамя, которое позже стали называть Знамя Победы — один из символов Великой Отечественной войны наряду со знаменитым снимком «Комбат». Это один из серии снимков, сделанных Евгением Халдеем на крыше Рейхстага. Евгений Халдей рассказывал: «Нас там [на крыше Рейхстага] было четверо, но я хорошо запомнил киевлянина Алексея Ковалева, который привязывал флаг. Я его долго фотографировал. В разных позах. Помню, что мы все очень тогда продрогли… Ему и мне помогали старшина разведроты Гвардейской Краснознаменной ордена Богдана Хмельницкого Запорожской стрелковой дивизии Абдулхаким Исмаилов из Дагестана и минчанин Леонид Горычев». Этот вариант в официальных советских источниках публиковался в отретушированном виде: была повышена контрастность снимка и с правой руки офицера были убраны часы (по другой версии компас), что могло дать повод к обвинению советских военнослужащих в мародерстве.



Официальный, отретушированный вариант.





Еще один вариант



Жители Ленинграда на салюте в честь Победы



Советские солдаты пьют за Победу — на общем построении части объявлено о Победе над фашистской Германией 9 мая 1945 года



Советский кавалерист разговаривает с русской девушкой, которая была угнана на работы в Германию, а теперь возвращается домой



Немецкое подразделение на велосипедах выдвигается к месту капитуляции



Англичане разоружают капитулирующих немцев в городе Зост. 10 мая 1945



Встреча советских маршалов Г.К. Жукова и К.К. Рокоссовского с британским фельдмаршалом Б. Монтгомери у Бранденбургских ворот в Берлине



Начальник генерального штаба германских сухопутных войск генерал пехоты Кребс (слева), прибывший 1 мая в расположение советских войск с целью втягивания Верховного командования в переговорный процесс. В тот же день генерал застрелился.



Солдаты, штурмовавшие рейхстаг. Взвод разведки 674 стрелкового полка 150-й стрелковой Идрицкой дивизии. На переднем плане — рядовой Григорий Булатов. Считается, что именно он первым водрузил красное знамя на Рейхстаге. Однако распространение получила версия, что первыми были ныне знаменитые Михаил Егоров и Мелитон Кантария.



Михаил Егоров и Мелитон Кантария выходят 1 мая на крышу Рейхстага, чтобы водрузить там Знамя Победы.



Поэт Евгений Долматовский со скульптурной головой Гитлера в Берлине. Май 1945



Евгений Долматовский читает стихи у Бранденбургских ворот



Советские солдаты, отдыхая на ступенях Рейхсканцелярии, рассматривают немецкие награды, которые так и не были вручены. Берлин. 2 мая 1945 года



Красное знамя на квадриге Бранденбургских ворот



Салют в честь Победы на крыше Рейхстага. Солдаты батальона под командованием Героя Советского Союза С. Неустроева



Двор Рейхсканцелярии вскоре после окончания боёв за Берлин. Это фото интересно тем, что на нем запечатлён редкий бронеавтомобиль. В 1933 г. фирма Wilton-Fijenoord изготовила три бронеавтомобиля для Голландской Ост-Индии.



Общее фото советской делегации в ходе подписания Акта о безоговорочной капитуляции всех вооружённых сил Германии. В центре маршал Жуков. 8 мая 1945



Эшелон "Мы из Берлина!", на котором советские солдаты возвращаются из Берлина в Москву



Отдых у эшелона "Мы из Берлина!" с советскими военнослужащими



Девушки-снайперы



Встреча воинов-победителей на Белорусском вокзале в Москве





Офицеры 3-го Белорусского фронта принимают сдающихся в плен вместе с бронетехникой немцев, в том числе из состава 4-й танковой дивизии. Коса Фриш-Нерунг, 9 мая 1945 г



Советские солдаты на Т-34-85 на фоне Бранденбургских ворот в Берлине. Танк закрыт сетчатыми экранами, защищавшими от попаданий из «фаустпатронов»



Капитуляция немцев на косе Фриш-Нерунг, Восточная Пруссия. Немецкие офицеры принимают от советского офицера условия капитуляции и порядок сдачи в плен


9 мая 1945 года на Красной площади



Советские танкисты на ИС-2 и Т-34 радуются Победе. Берлин, 9 мая 1945



Советские моряки, герои штурма Берлина, позируют американскому военному корреспонденту



Вернувшийся с фронта солдат целует своего сына



Артиллеристы 144-го стрелкового полка 49-й гвардейской стрелковой дивизии в немецких касках



Однополчане 88-го отдельного тяжелого танкового полка у Рейхстага



Американские солдаты, пришедшие в берлинский сад Тиргартен для обмена наручных часов, общаются с немецкими девушками. На заднем плане группа советских военнослужащих. В первое время после окончания войны сад Тиргартен стал местом бартерного обмена товарами.



Американские девушки-военнослужащие отдают честь советской регулировщице в Берлине у Бранденбургских ворот



Пережившие войну польские граждане (жители города Лодзь, которых пригнали на принудительные работы в Германию), ютятся у железнодорожных путей в Берлине, надеясь, что британские военные подберут их с собой.



Сын полка Володя Тарновский ставит автограф на колонне Рейхстага



Советские артиллеристы ведут бой на улице Берлина. Апрель 1945



Советская штурмовая группа движется к Рейхстагу



Советские солдаты бегут к новой позиции в бою в Берлине. На переднем плане убитый немецкий сержант из RAD (Reichs Arbeit Dienst, допризывной трудовой службы)



Иван Александрович Кичигин на могиле друга Григория Афанасьевича Козлова в Берлине в начале мая 1945-го года



Пленный немецкий солдат у Рейхстага. Знаменитая фотография, часто публиковавшаяся в книгах и на плакатах в СССР под названием «Энде» (нем. «Конец»).



Немецкие военнопленные на улицах Берлина, захваченного советскими войсками



Колонна пленных на улице Берлина. На переднем плане «последняя надежда Германии» мальчишки из гитлерюгенда и фольксштурма



Пленный немец рыдает



Советские бойцы и начальник медицинской службы полиции Берлина генерал майор медицинской службы Карл Эмиль Вробель (Karl Emil Wrobel). Взят в плен 2 мая 1945 года



Немецкие дети, играющие с брошенным оружием (винтовки, пистолеты-пулеметы) на одной из улиц Берлина



Советские средние танки Т-34 во взятом Берлине



Советский обоз на улице Берлина



Бойцы раздают пищу жителям Берлина. Апрель 1945 г.



Вид с воздуха на Бранденбургские ворота во взятом Берлине



Немецкие полицейские послевоенной администрации в Берлине



Парад Победы. Советские солдаты с поверженными штандартами гитлеровских войск. 24 июня 1945



Парад Победы. Маршал Жуков перед войсками. 24 июня 1945



Герой Советского Союза генерал-майор А.В. Гладков с супругой по окончании Парада Победы. Оригинальное название "Радость и боль Победы"



Парад Победы союзных войск 7 сентября 1945 года в Берлине. Советские военнослужащие на зрительской трибуне



Парад Победы союзных войск 7 сентября 1945 года. Маршал Георгий Константинович Жуков объезжает войска



Парад Победы союзных войск 7 сентября 1945 года. Колонна советских танков ИС-3



Монумент Победы в Берлине. Июль 1945



Советские солдаты и офицер выпивают с американцами за Победу


Связь времён - достойные сыновья победителей...


Оружейные дебюты Даманского

1960-е гг. в пограничной истории – это прежде всего противостояние на советско-китайской границе.
Оно завершилось кровавыми побоищами на острове Даманский, на реке Уссури в Приморском крае (2 и 15 марта 1969 г.) и боестолкновением в районе озера Жаланашколь (12-13 августа того же года) в Семипалатинской области Казахстана.

<center></center>Пограничники 1-й заставы «Нижне-михайловка» на БТР, но со «средневековыми» рогатинами


Карта окрестностей даманского, принадлежавшая полковнику Д.В. Леонову

При этом бой 2 марта не имел аналогов в мировой истории и даже вошел в энциклопедию «Великие битвы и сражения XX века»: 30 советских пограничников, вооруженных в основном автоматами и пулеметами, разгромили усиленный артиллерией батальон (500 человек) китайцев, убив при этом 248 солдат и офицеров противника…

А вообще-то все эти три сражения – еще и ряд дебютов в применении различных типов оружия, главным образом стрелкового, и в выработке тактики действий с ним в конкретных боевых ситуациях.

Без рогатины никак!
Ещё до того, как на Даманском клацнули затворы автоматов и зазвучали выстрелы, пограничники «ходили на китайцев», массово нарушавших тогда границу, с доморощенным холодным оружием. Сами, к неожиданности своей, вернулись к тому, что применяли, наверное, лишь доисторические люди в пещерные времена да мужики в ходе больших и малых крестьянских восстаний. В Музее погранвойск есть характерные снимки, сделанные зимой 1968 г.

Герой Советского Союза генерал-майор Виталий Бубенин (в ту пору лейтенант, начальник 2-й заставы «Кулебякины сопки») рассказал автору этих строк об одном из первых столкновений с нарушителями из-за Уссури. 6 ноября 1967 г. полтора десятка китайцев вышли на лед реки, стали долбить лунки и устанавливать сети.

Стоило пограничникам приблизиться, как незваные гости быстро собрались в кучу и недвусмысленно выставили перед собой то, нем пробивали лед, – ломы, пешни и топоры. Мирно выдворить их не удалось – пришлось применить «тактику живота», как называли этот метод сами солдаты. То есть брались под руки и, стремясь охватить китайцев полукольцом, вытеснить их за границу.

Вскоре, недовольные вялыми действиями жителей приграничья, китайские организаторы провокаций прислали к Даманскому «опричников Мао» – хунвейбинов и цзаофаней. Это – радикалы от молодежи в возрасте до 35 лет, помогшие «великому кормчему» успешно провести культурную революцию, осуществить ряд чисток. И вот эти фанатики, отмечает Бубенин, от одной провокации к другой становились все яростнее и ожесточеннее.

Вот тогда-то, дабы обезопасить личный состав и уменьшить риск травмирования при силовом контакте, лейтенант Бубенин и.«изобрел» рогатины и дубины. Подробно он описал и тактику действий с ними в вышедшей в 2004 г. в издательствах «Граница» и «Кучково поле» книге «Кровавый снег Даманского, События 1966-1969 гг.».

С разрешения автора процитируем:
«Солдаты с большим удовольствием и рвением выполнили мою команду по подготовке нового и одновременно самого древнего оружия первобытного человека. V каждого солдата была своя собственная из дуба или черной березы, с любовью обструганная и отшлифованная дубина. А на рукоятке привязан темляк, чтобы не вылетала из рук. Хранились они в пирамиде вместе с оружием. Так что по тревоге солдат брал автомат и прихватывал дубину. А как групповое оружие использовали рогатины. По своему виду, по тактико-техническим данным, по целям применения они напоминали оружие сибиряков-охотников, которые в древности ходили с ними на медведя.

Они нас поначалу здорово выручали. Когда китайцы перли на нас стеной, мы просто выставляли рогатины вперед, ну совсем как в средневековых битвах. Солдатам это очень нравилось. Ну а если какой смельчак все же прорывался, то, извините, добровольно нарывался на дубину».

Но и маоисты меняли тактику провокаций, в каждую вносили какую-либо новинку. Против пограничных дубин и рогатин они «усовершенствовали» свои колья и палки, усилив их гвоздями на концах.

Пожарной пеной и струёй
А вскоре Бубенин применил против нарушителей… штатные огнетушители из бронетранспортера. Придумал следующее: когда БТР поравнялся с китайцами, из бойниц одного из бортов бронемашины по ним вдруг ударили мощные струи пены. «Китайцы буквально ошалели, – рассказывал генерал Бубенин. – Тут же бросились врассыпную, но большинство попадали в полынью, возле которой они стояли. Выбрались и, чтобы не обморозиться, быстро покинули остров. Правда, от досады и злобы успели поглумиться над БТРом: оставили на бортах следы от ударов ломом, облили их дегтем».

Через некоторое время Бубеник применил по неугомонным и… пожарную машину. Ее он позаимствовал на время у районного пожарного начальника. Пока не было провокаций, лейтенант Бубенин несколько дней тренировал свой пожарный расчет.

Далее – снова цитируем воспоминания генерала Бубенина:
– В тот декабрьский день на лед Уссури вышли около ста китайцев. Мы выдвинулись на их выдворение. Колонна наша имела довольно угрожающий вид; впереди шел БТР, за ним – сверкающий свежей красной краской ЗИЛ с огромным пожарным стволом, похожим на ствол орудия, ГАЗ-66 с охраной. Китайцы точно были в шоке… Как обычно, они полезли на наших солдат с кольями. И тогда я подал команду бегом отходить к пожарной машине и прикрывать ее. Одновременно она взревела и из пожарного ствола по толпе китайцев, бегущих за солдатами, ударила мощная ледяная струя. Это надо было видеть!

Автомат как дубина
В феврале 1968 г. случилось новое ледовое побоище, в котором с китайского берега Уссури в районе острова Киркинского уже участвовало до тысячи военнослужащих. Пограничников было значительно меньше. Картину этого «холодного боя» Бубенин дополнил уже следующими деталями: «Слышался треск кольев, прикладов, черепов и костей… Солдаты, намотав ремни на руки, бились тем, что от них осталось».

В этой схватке Бубенин впервые применил БТР против разъяренной толпы маоистов. Действовал неосознанно, лишь чувствуя, что иного выхода нет. Ситуация была на грани непоправимого, не хватало какой-то искры, И чтобы ее и не возникло, начальник заставы вскочил в бронетранспортер и приказал направить его прямо на китайцев. Машина пошла на таран толпы, отсекая бесчинствующих от пограничников. Китайцы в страхе шарахались от мощных колес и брони, стали разбегаться… Воцарилась тишина. Битва была закончена.

– Мы осмотрелись, огляделись… – рассказывает Бубенин, – Представляете, дрались так, что около полусотни автоматов и пулеметов пришли в полную негодность! От них остались только стволы с ремнями, остальное – металлолом.

Первые выстрелы
В одном из описанных ледовых побоищ китайцы из засады попытались захватить в плен целую группу пограничников. На выручку последним бросились солдаты из резерва.

– В этот момент, – вспоминает генерал Бубенин, – на китайской стороне прозвучали два пистолетных выстрела. Тут же защелкали затворы наших автоматов. Благо, солдаты еще не решались открыть огонь без команды. А мне показалось: вот, сейчас… Я бросился к ним и, потрясая кулаками, что есть мочи заорал; «Не стреляя-а-ать! Предохранитель ставь! Всем назад!». Стволы солдаты опускали неохотно.

Впервые предупредительный огонь по провокаторам был открыт в августе 1968 г. С упомянутых выше островов китайцам удалось вытеснить пограничников и навести переправы. Вот тогда в небо и ударили пулеметы, а затем были применены и минометы. С помощью последних разрушили переправы и «освободили» острова.

В январе 1969-го на Даманском против советских пограничников действовали уже не хунвейбины, а солдаты Народно-освободительной армии Китая (НОАК). «В ходе стычек, – пишет в своем историческом исследовании «Даманский и Жаланашколь. 1969» военный журналист Андрей Мусалов, – нашим пограничникам удалось отбить несколько десятков стволов. При осмотре оружия было установлено, что в некоторых автоматах и карабинах патроны были досланы в патронник»… Бубенин в своих воспоминаниях уточняет, что в одной из схваток ему и его подчиненным удалось заполучить трофеи в виде пяти карабинов Х-9957, автомата АК-47 и пистолета «ТТ», и почти все они были готовы к огневому применению.

«Без автомата на границе ты – нуль»

АК-47 рядового В.Изотова. Этот автомат стрелял на Даманском...

Между тем, несмотря на сложнейшую обстановку на границе, отвлечение сил на выдворения китайцев и ликвидацию последствий провокаций, на 1-й и 2-й заставах шла усиленная огневая подготовка.

– Мои подчиненные стреляли уникально, – вспоминает Виталий Бубенин. – 2-я застава, на которой я был начальником, проводила на стрельбище круглые сутки. Пострелял – пошел на службу. Было так: если мало стреляешь, то тебя за это отчитывают на совещании, в отряде. Два-три боекомплекта для учебной практики будь добр – расстреляй! Все на заставе умели стрелять из всего штатного вооружения, в том числе – и моя жена.

С женой Бубенина, Галиной, связан один любопытный случай, который Виталий Дмитриевич описал в своей книге «Кровавый снег Даманского», Летом 1968 г. к нему на заставу прибыл начальник отряда полковник Леонов – решил посмотреть, как живут молодые офицеры. Спросил, где Галина, изъявил желание с ней пообщаться. «Подходя к дому, – пишет Бубенин, – я услышал непонятные звуки, отдаленно напоминающие удары молотка по гвоздю. «Супруга ремонтом, кажется, занимается-. – «Вроде не собиралась». Войдя во двор, мы услышали звуки стрельбы из малокалиберной винтовки. Стрелка еще не было видно, но консервные банки, развешанные на штакетнике забора, метко пробивались одна за другой. Для меня стало ясно: жена отрабатывала навыки владения боевым оружием».

В этих рассказах Бубенина дополняет генерал Юрий Бабанский (к моменту боев за остров он служил на 1-й заставе):
– Огневой подготовке в Пограничных войсках уделялось очень много внимания. Каждый стрелял исключительно из своего автомата, а не из одного-двух, приносимых на стрельбище, как, я знаю, бывало тогда в подразделениях Советской армии… Если пограничник на учебном пункте не научился достаточно метко стрелять, то он продолжает совершенствовать огневую выучку на заставе. Первое, что он делает, когда прибывает на заставу, – это получает автомат и два магазина к нему. И ежедневно чистит оружие, лелеет его, холит, стреляет из него, пристреливает его. На заставе оружие – это неотъемлемая часть повседневной жизни пограничника. Понимание, что без автомата на границе ты – нуль, каждый, кто примерил зеленую фуражку, постигает в ходе боевой службы. Случись что, ты обязан принять бой и удерживать участок границы до подхода подкреплений. На Даманском случилось…

– Тактика пограничных войск, – продолжает генерал. – основана на приемах ведения боя, которые позволяют сохранять жизни людей. И в ходе боя эти приемы как раз и использовались нами – уже подсознательно; когда в нас стреляли, мы не лежали на одном месте, а быстро меняли позиции, перебегали, перекатывались, маскировались, отстреливались… И то, что мы победили много превосходящие нас силы китайцев, – я объясняю только нашей боевой выучкой, тем, что наши солдатики умели хорошо стрелять, великолепно владели своим оружием! Плюс, конечно, храбрость, мужество, высокие моральные качества. Но владение оружием – это самый главный фактор.

Дебюты Даманского



Последние снимки, сделанные фотохроникером рядовым Н.Петровым. Через минуту китайцы откроют огонь на поражение и Петров будет убит...


Группа пограничников с заставы В.Бубенина (снимок сделан вскоре после боев на Дамаском, на заднем плане видны БТР войск усиления


Трофейное оружие, захваченное в боях на Даманском (карабин СКС и автомат М-22 китайского производства)

События 2 и 15 марта 1969 г. в литературе и периодике описаны неоднократно, поэтому нет смысла повторяться. Напомним только, что группа старшего лейтенанта Стрельникова в составе семи человек была расстреляна китайцами в упор в первые мгновения боя – ни один из этой семерки не успел ответить ни единой пулей. За минуту до этого рядовой Николай Петров, который вел фото- и киносъемку во время переговоров с провокаторами, успел сделать свой последний снимок. Явно видно, как китайские солдаты расходятся на позиции… Бой 2 марта начался около 11 утра и продолжался более полутора часов…

Стороны действовали друг против друга практически однотипным стрелковым оружием – автоматами и пулеметами Калашникова (китайцы, как известно, в годы «нерушимой дружбы двух народов» приобрели у Советского Союза лицензию на производство автомата АК-47). Именно на Даманском автомат Калашникова, распространенный тогда уже по всему миру, впервые стал основным видом оружия, применявшимся обеими противоборствующими сторонами.
Помимо этого, китайцы были вооружены карабинами и гранатометами.

Остановимся лишь на наиболее примечательных моментах боя, которые стали новинками в применении оружия.

Группа сержанта Бабанского, выехавшая вслед за Стрельниковым на перехват нарушителей, отстала и приняла бой уже после того, как начальник заставы был убит. В своем исследовании военный журналист Андрей Мусалов пишет, что «в результате интенсивной стрельбы группа Бабанского почти полностью расстреляла боеприпасы» (заметим, что в том бою в подсумках у пограничников было по два магазина, а у китайцев в, как сейчас говорят, «лифчиках», или «разгрузках» – по шесть). Сам Бабанский рассказал автору этих строк следующее:

– Когда мы продвигались по острову, то внизу, метрах в 25-30, я увидел переговорщиков, наших и китайских. Было слышно, что они разговаривают на повышенных тонах. Я понял, что происходит что-то неладное, и в этот момент услышал одиночный выстрел на острове. После этого китайцы расступились и в упор расстреляли всех наших ребят вместе со Стрельниковым. И мне стало ясно, что надо открывать огонь. Я дал команду своим подчиненным, которые бежали за мной цепочкой: «По китайцам огонь!» Мы быстро интуитивно почувствовали, что если будем стрелять очередями, – а скорострельность автомата 600 выстрелов в минуту, – то за секунду израсходуем боекомплект, и китайцы просто расстреляют нас. Поэтому стали стрелять одиночными. И – прицельно, а не куда попало. И это нас спасло. Мы стреляли по ближайшему противнику, потому что он был для нас наиболее опасен, чем тот, который затаился где-то вдалеке. Мы подавляли огневые точки китайцев, особенно пулеметные, и это позволяло снизить плотность их огня, а нам – дать возможность выжить.

В общем, лучше всего стрелять из автомата одиночными. Для создания психологической обстановки, как бы для наведения паники в рядах противника, огонь очередями имеет значение, но по своей реальной поражающей мощи он малоэффективен…

Благодаря тому, что оружие было однотипное и патроны у обеих сторон одного калибра, пограничники в ряде случаев заимствовали боезапас у убитых китайцев. Самый примечательный эпизод связан с действиями младшего сержанта Василия Каныгина и повара заставы рядового Николая Пузырева. Они успели уничтожить большое число китайских солдат (позже подсчитали – почти взвод), и в этот момент у них закончились патроны. Пузырев подполз к убитым и забрал у них по упомянутых выше шесть магазинов. Это позволило обоим продолжить бой.

Генерал Бабанский в разговоре со мной отметил также безотказность оружия:

– Отказов не было ни у кого, несмотря на то, что автоматы ударялись о землю, валялись в снегу…

Пулеметчик сержант Николай Цапаев. давший в свое время интервью «Комсомольской правде», так отозвался о своем пулемете ПК: «Я из своего стрелкового пулемета произвел не менее пяти тысяч выстрелов. «Поседел» ствол, расплавилась краска, но пулемет действовал безотказно».

Впервые в боестолкновении были применены БТРы, оснащенные башенными пулеметами КПВТ и ПКТ. В конце 1960-х эти бронетранспортеры считались еще новинкой. БТР-60ПБ, в отличие от других модификаций, был полностью бронирован. Бубенин, который действовал на одной из этих машин, из пулеметов подавлял огневые точки противника, а колесами давил китайцев. В одном из эпизодов боя, по его словам, ему удалось положить целую пехотную роту военнослужащих НОАК, перебиравшихся на остров с целью подкрепления уже ведущих бой нарушителей. Когда один БТР был подбит, Бубенин пересел на другой, вновь вышел на нем на маоистов и уничтожил их еще изрядное число, прежде чем и эта машина была подбита бронебойным снарядом.

Поэтому уже в бой 15 марта солдаты НОАК выходили, вооруженные значительным количеством ручных гранатометов, Ибо здесь, с целью пресечения новой боевой провокации, было задействовано уже не два БТРа, а 11, четыре из которых оперировали непосредственно на острове, а семь находилось в резерве.

О напряженности того боя можно судить по воспоминаниям действовавшего на одной из колесных бронемашин командира мотоманевренной погрангруппы подполковника Евгений Яншина: «В моей командирской машине стоял сплошной грохот, чад. пороховой дым. Смотрю, Сульженко, который вел огонь из пулеметов БТРа, сбросил полушубок, затем бушлат, одной рукой расстегнул ворот гимнастерки. Вижу, вскочил, отбросил ногой сиденье и стоя поливает огнем. Не оглядываясь, руку за новой банкой о патронами протягивает. Заряжающий Круглое только успевает ленты заряжать. «Не горячись, – кричу, – экономь патроны!» Указываю ему цели… Из-за сплошного огня, взрывов мин и снарядов соседних БТРоэ не видно,., Тут пулемет умолк. Сульженко растерялся на мгновение. Перезаряжает, нажимает электроспуск – следует только одиночный выстрел. Он к крышке пулемета, вскрыл ее, устранил неисправность. Пулеметы заработали…»

«Против пограничных БТРов, – указывает в своей книге «Даманский и Жапанашколь. 1969» Андрей Мусалов, – китайцы бросили большое количество гранатометчиков-одиночек. Они хорошо маскировались среди кустов и деревьев, плотно росших на острове. Яншин выделил из состава десанта группу пограничников, задачей которых стало уничтожение гранатометчиков. Под сильным огнем этой группе пришлось выискивать гранатометчиков, подавлять их стрелковым огнем и не позволять им приближаться к БТРам на расстояние выстрела из РПГ. Такая тактика дала результат – огонь из РПГ уменьшился. Для снижения вероятности поражения БТРы ни на минуту не прекращали маневрировать, переезжая от одного естественного укрытия к другому. В критические моменты, когда возрастала угроза поражения БТРов, Яншин разворачивал десантников в цепь. Они вместе с экипажем БТРа наносили противнику огневое поражение. После этого десантники садились на бронетранспортер и следовали к следующему укрытию. БТРы, в которых заканчивался боекомплект, выходили из боя, двигались на советский берег Уссури, где был организован пункт боепитания. Пополнив запас, боевые машины вновь уходили на Даманский. С каждой минутой противник увеличивал плотность минометного огня. У пограничников же из «тяжелого» вооружений были только станковые гранатометы СПГ-9 и крупнокалиберные пулеметы КПВС».

Всего в том бою китайцам удалось подбить и полностью вывести из строя три БТРа пограничников, но все машины, непосредственно участвовавшие в бою, имели большие или меньшие повреждения. Основным огневым средством, которое применялось против БТРов, был ручной противотанковый гранатомет РПГ-2, Против каждого бронетранспортера командиры армии Мао бросали до десятка гранатометчиков-одиночек. Как отмечает Мусапов, «несмотря на то, что китайские гранатометы, изготавливающиеся, как и остальное китайское оружие, по советским технологиям, уступали советским образцам, они оказались весьма грозным оружием. Позже это со всей убедительностью было доказано в ходе арабо-израильских конфликтов».

Позже, в этот же день, против китайцев были применены танки Т-62. Однако китайцы оказались готовы к их встрече. На пути движения танковой группы они замаскировали несколько противотанковых орудий. Здесь же в засаде находилось немало гранатометчиков. Головная машина была подбита сразу же, экипаж, пытавшийся ее покинуть был уничтожен стрелковым огнем. Находящийся в этом Т-62 начальник погранотряда полковник Демократ Леонов погиб от пули снайпера, попавшей в сердце. Остальные танки вынуждены были отойти. (см. подробнее о подбитом на о. Даманском танке Т-62)

Исход дела, в конце концов, решил огневой дебют армейского дивизиона залпового огня БМ-21 «Град», который ударил по китайцам вглубь их территории на 20 км. В ту пору суперсекретный, «Град» в течение 10 (по другим данным 30) минут произвел несколько залпов фугасно-осколочными боеприпасами. Поражение было впечатляющим – почти все резервы, склады и пункты боепитания противника были уничтожены. Китайцы еще в течение получаса вели по острову беспокоящий огонь, пока не успокоились окончательно.

Жаланашколь
События в районе озера Жаланашколь в августе 1969 г. (в литературе они также описаны довольно подробно) с точки зрения применения здесь оружия и боевой техники отличались более выверенной тактикой китайских военнослужащих. К тому времени они уже имели не только кровавый опыт Даманского, но и уроки бескровных военных провокаций в районе поселка Дулаты (Казахстан) 2-18 мая и в районе реки Тасты 10 июня (тоже Казахстан).


Участники боев на сопке Каменной (Жаланашколь, август 1969 г.)



Трофейный китайский пистолет «модель 51». Калибр 7,62 мм, вес 0.85 кг, емкость магазина 8 патр.

Под Дулатами, как описывает те события в журнале «Ветеран границы» (№3/1999) кандидат военных наук полковник Юрий Завацкий, китайцы демонстративно начали окапываться на сопках, находящихся на советской территории. Советское военное командование также демонстративно подтянуло сюда «Грады». И в течение двух недель, обе стороны, совершенствуя свои позиции и проводя рекогносцировки, вели психологическое противоборство. Китайцы вскоре поняли, что «против «Градов» не попрешь» и после переговоров убрались с так называемого оспариваемого участка. В районе реки Тасты, как описывает ту стычку Мусалов, огонь открывался. Здесь пограничники выдворяли чабана, демонстративно перегнавшего через границу отару овец. Первыми затворы передернули китайские вооруженные кавалеристы, обеспечивающие действия пастуха, им помогли еще с двух направлений, в том числе и с господствующей высоты на китайской территории. Но расчет пулемета рядовых Виктора Щюгарева и Михаила Болдырева метким огнем подавил все огневые точки на этой высоте. А потом оба остановили огнем и вылазку вооруженной группы маоистов. Неизвестно, собирали ли у себя трупы китайцы, но советские «зеленые фуражки» эту провокацию отразили без потерь.

А в августе грянули события у Жаланашколя. Здесь дальнейшее развитие получила тактика борьбы китайцев против БТРов. Маоистам ночью удалось окопаться на трех сопках на советской стороне, которые они считали «исконно китайскими». А утром они стали перебрасывать на занятые позиции подкрепление. Дабы предотвратить движение вооруженной силы противника, начальник штаба отряда, в ведении которого находился данный участок, подполковник Никитенко, выдвинулся наперехват на трех бронетранспортерах. На требования начальника заставы «Жаланашколь» лейтенанта Евгения Говора покинуть территорию, китайцы сразу же ответили огнем из автоматов и карабинов. Пока ситуацию докладывали на «верхи» (а там ее, как и в случаях на Даманском, перефутболивали от начальника к начальнику), противник продолжал окапываться. И тогда Никитенко принял решение атаковать его на БТРах при поддержке штурмующих групп.

На одном из них, под номером 217, двинувшемся во фланг позиций противника, солдаты НОАК сосредоточили наиболее плотный огонь. БТР оказался очень живучим. Пулями и осколками было снесено все наружное оборудование, изрешечены колеса, в нескольких местах пробита броня, от разрыва гранаты заклинило башню. Сидевший за пулеметом командир взвода маневренной группы младший лейтенант Владимир Пучков был ранен в бедро, но, перевязав рану, продолжал вести огонь. На выручку 217-му ринулись еще три колесных бронемашины. Вот тогда-то китайские гранатометчики проявили себя наиболее активно: опыт Даманского даром не прошел. (Между прочим, после боя среди трупов китайцев был обнаружен один, который при жизни был награжден знаком с портретом Мао Цзэдуна. Под изображением «великого кормчего» значилось, что награда пожалована «в честь победоносного отражения агрессии советских ревизионистов на острове Чжэньбаодао». Так как китайцы на свой лад именовали – и именуют ныне – отошедший к ним, согласно договоренностей с Россией 1990-х гг., остров Даманский.

Одного из гранатометчиков, подошедшего на опасное расстояние к БТРу, сразил наводчик младший сержант Владимир Завороницын, ударивший по врагу из бортовых пулеметов. Пограничные БТРы постоянно маневрировали вперед и назад, на давая маоистским гранатометчикам вести прицельный огонь. При этом водители старались держаться к противнику наиболее толстой лобовой броней. Лишь через полчаса после начала боя 217-й был окончательно выведен из строя.

Бой у озера Жаланашколь примечателен еще и тем. что в последние минуты обе стороны применили здесь друг против друга ручные гранаты. Китайцы с гребня занятой ими высоты бросали в атакующих пограничников черные гранаты с толстыми, почему-то демаскирующего белого цвета деревянными ручками. В ответ рядовой Виктор Рязанов сумел забросать залегших врагов гранатами, Это стало «победной точкой» в том жестоком бою. Правда, сам Рязанов при этом получил смертельное ранение и умер в вертолете по пути в госпиталь.

Соотношение потерь
Потери советских пограничников и военнослужащих погранвойск Китая и НОАК в боях 1969 г. выглядят следующим образом. На острове Даманском 2 марта погиб 31 пограничник и 20 было ранено. Провокаторы потеряли убитыми минимум 248 человек (столько их трупов было обнаружено непосредственно на острове после завершения боя). Виталий Бубенин вспоминал, как 3 марта на Даманский прибыл первый зампред председателя КГБ СССР генерал-полковник Захаров, который лично исползал весь остров, изучил все обстоятельства неравной огневой схватки. После этого Захаров сказал лейтенанту Бубенину: «Сынок, я прошел гражданскую войну, Великую Отечественную, борьбу с ОУНовцами на Украине. Все видел. Но такого не видел!» Кстати, Бубенин и Бабанский и сами до сих пор «скромничают». В разговоре со мной ни один из них не «претендовал» на цифру китайских потерь больше признанной официально, хотя понятно, что десятки трупов остались и на китайской территории, и потери маоистов вполне могут составлять 350-400 человек.

15 марта погибли 21 пограничник и семь мотострелков. Раненых было больше – 42 человека. Китайцы потеряли более 700 человек. Число раненых с китайской стороны составило несколько сотен человек. Кроме того, 50 китайских солдат и офицеров были расстреляны за трусость.

У озера Жаланашколь погибло два пограничника и около 20 человек были ранены и контужены. Убитых китайцев только на советской территории закопали полтора десятка.

Все это говорит о том, что мало иметь хорошее оружие (напомним еще раз: и у советских пограничников, и у маоистов оно было примерно одинаковым), надо еще им и владеть отменно.

С наступающим Вас праздником!

 

CEHbOPTbIKBA

Active Member
Сообщения
900
Реакции
79
Баллы
28
- Цена победы (заключительный пост)

только огромный плюс
 

Yuriker

Banned
Сообщения
85
Реакции
3
Баллы
8
- Цена победы (заключительный пост)

Слава Богу.!
 

motokost

Active Member
Сообщения
982
Реакции
35
Баллы
28
- Цена победы (заключительный пост)

А как же завтра?((
 

caxa1984

Active Member
Сообщения
549
Реакции
66
Баллы
28
- Цена победы (заключительный пост)

Авиа респект!!!Было реально интересно!!!
 

ekibana

Обитатель
Сообщения
204
Реакции
18
Баллы
18
- Цена победы (заключительный пост)

ТС такую офигенную эпопею развернул про войну и великую победу, браво!
телегу зелени тебе в репу
 
Последнее редактирование модератором:

lodochkin

Бывалый
Сообщения
2,512
Реакции
231
Баллы
63
- Цена победы (заключительный пост)

Только привык читать, а уже всё
 

igrokvcasino

Active Member
Сообщения
665
Реакции
143
Баллы
43
- Цена победы (заключительный пост)

С днём победы!!!
 

fullflush

Well-Known Member
Сообщения
2,890
Реакции
137
Баллы
63
- Цена победы (заключительный пост)

Этим постом я заканчиваю данную серию.
ну эт всё занимательно конечно
кто бы только ветеранам помог, в интернете то все горазды перепосты делать и типа отстрелялся, долг выполнен :facepalm:
 

chagyt

Бывалый
Сообщения
1,026
Реакции
241
Баллы
63
- Цена победы (заключительный пост)

 

HaemHuk

Бывалый
Сообщения
3,577
Реакции
137
Баллы
63
- Цена победы (заключительный пост)

уфф, за два дня осилил. спасибо!
 

Пользователи, просматривающие эту тему

Сейчас на форуме нет ни одного пользователя.

Сверху Снизу